OpenAI бросила 10 000 ИИ-агентов против двух математиков: новости о скандале вокруг задачи тысячелетия

Конфликт между OpenAI и академическим сообществом вышел на поверхность после того, как компания объявила о решении одной из семи так называемых задач тысячелетия. Задачи тысячелетия (Millennium Prize Problems) установлены Математическим институтом Клэя в 2000 году: за решение каждой из семи задач полагается награда в 1 миллион долларов. За 25 лет решена только одна. Подробности конфликта опубликовало издание The Verge, опросив более десятка математиков, включая двух исследователей в центре скандала.

Что произошло между OpenAI и математиками?

• OpenAI узнала, что двое учёных работают над той же задачей, и запустила собственную «гонку». Компания заявила, что задействовала около 10 000 ИИ-агентов (автономных программ, решающих подзадачи параллельно) и потратила 88 часов вычислений на решение задачи Навье-Стокса о движении жидкостей.

• Компания предложила одному из учёных ресурсы, но с условием. Профессор Нью-Йоркского университета Тристан Бакмастер рассказал The Verge, что исследователь OpenAI Себастьен Бубек предложил ему «практически неограниченные вычислительные мощности» и право быть единственным автором статьи. Условие: исключить соавтора Левента Алпёге, который работает в Anthropic, главном конкуренте OpenAI.

• Бакмастер отказался и назвал предложение «взяткой». Он также публично поставил вопрос: могла ли OpenAI извлечь пользу из его работы с Codex (ИИ-инструмент OpenAI для написания кода и решения задач), которым он пользовался при исследовании той же задачи.

• OpenAI категорически отрицает использование данных Бакмастера. Пресс-секретарь компании Лоранс Фоконне заявила The Verge: «Мы можем категорически утверждать, что промпты доктора Бакмастера в Codex за последние два месяца никак не могли повлиять на систему, включая обучение». Однако ранее компания признавала, что не может полностью исключить использование производных данных для улучшения модели.

• Бубек подтвердил, что принадлежность Алпёге к Anthropic была проблемой. В интервью The New York Times он сказал: «С нашей точки зрения, как мы можем вести внутренний проект OpenAI с сотрудником Anthropic?» Он также признал, что OpenAI заключала аналогичные договорённости с другими математиками, но не назвал их имён.

Почему математики встревожены?

Более десятка опрошенных The Verge математиков описали ситуацию одинаково: крупная технологическая компания с несопоставимыми ресурсами врывается в область, где учёные десятилетиями выстраивали нормы сотрудничества и открытости. Даже скептики, сомневающиеся в самых жёстких обвинениях, говорят о «потрясённом поле» и страхе перед тем, что OpenAI сделает дальше.

Бакмастер превратил свой кабинет в «штаб»: коллеги проверяли его математику, координировали публикации и даже помогали найти юристов. Факт показательный: профессор математики в 2025 году нанимает адвокатов для защиты от ИИ-компании.

Как это касается российского ИИ-сообщества?

Конфликт высветил проблему, актуальную далеко за пределами США.

• Авторам и экспертам на Дзене. Если вы используете ИИ-инструменты для генерации контента или исследований, следите за условиями: кто владеет результатами вашей работы с моделью и может ли компания использовать ваши промпты для обучения. В пользовательских соглашениях большинства сервисов, включая российские, этот пункт есть.

• Маркетологам и предпринимателям. Новости OpenAI показывают, как корпоративная гонка за результатами меняет отношения между разработчиком инструмента и его пользователем. Это актуально для любой компании, работающей с YandexGPT или GigaChat: читайте условия использования API и следите за обновлениями политик.

• Исследователям и академическому сообществу РФ. Российские математические школы традиционно сильны. Описанный конфликт ставит практический вопрос: если зарубежные ИИ-компании могут «перегнать» десятилетия исследований за 88 часов вычислений, какие правила нужны для защиты приоритета и интеллектуальной собственности учёных?

Как следить за развитием этой истории?

1. Подпишитесь на обновления The Verge по теме OpenAI и математики: именно это издание опросило участников конфликта и публикует первоисточники.
2. Следите за публикациями Тристана Бакмастера: он заявил о намерении обнародовать свою работу и детали переговоров с OpenAI.
3. Проверьте условия ИИ-сервисов, которыми пользуетесь: откройте раздел о данных и обучении в настройках аккаунта.

Сравнение ситуации с российскими ИИ-сервисами

В России аналогичных публичных конфликтов между ИИ-компаниями и академическим сообществом пока не было. YandexGPT и GigaChat развиваются в другой модели: обе компании сотрудничают с российскими вузами, а не конкурируют с ними. Однако вопрос использования пользовательских данных для дообучения (обучения модели на ваших примерах под узкую задачу) актуален и здесь. По моим наблюдениям, условия у российских сервисов сформулированы мягче, но читать их всё равно стоит.

Частые вопросы

OpenAI действительно решила задачу тысячелетия?

Компания заявила о решении задачи Навье-Стокса, но на момент публикации полное доказательство не прошло независимую рецензию. В истории математики бывали случаи, когда заявленные решения не выдерживали проверки. За 25 лет существования премии подтверждено решение только одной задачи из семи: гипотезы Пуанкаре.

Могла ли OpenAI использовать данные учёного без его ведома?

OpenAI категорически это отрицает. Пресс-секретарь компании заявила, что промпты Бакмастера в Codex «никак не могли повлиять на систему». Однако ранее компания признавала, что не может полностью исключить использование производных данных. Бакмастер призывает относиться к таким заявлениям «с большим скептицизмом».

Касается ли это обычных пользователей ИИ в России?

Напрямую нет: конфликт связан с исследовательскими инструментами OpenAI. Но принцип универсален. Когда вы вводите промпт в любой ИИ-сервис, ваши данные могут использоваться для улучшения модели. Проверьте настройки приватности в том сервисе, которым пользуетесь, будь то ChatGPT, YandexGPT или GigaChat.

Математик, нанимающий юристов для защиты от ИИ-компании, это не анекдот, а новая норма, к которой стоит готовиться всем, кто работает с чужими моделями.