Приватные нейросети без цензуры принесли Venice AI $70 млн выручки и статус единорога

Тема приватных нейросетей раскалывает рынок на два лагеря. Одни считают, что ИИ без ограничений опасен: случаи ИИ-психозов, харассмента и дезинформации заставляют крупных разработчиков ужесточать фильтры. Другие уверены, что взрослые пользователи имеют право на инструмент без цензуры и без слежки. Venice AI поставила на вторую позицию и, судя по цифрам, попала в точку спроса. Разберём, что стоит за этим раундом и насколько модель жизнеспособна.

Что произошло?

Venice AI, платформа с доступом к более чем 200 ИИ-моделям, в среду объявила о привлечении 65 млн долларов в раунде Series A при оценке в 1 млрд долларов, по данным TechCrunch. Это первое внешнее привлечение компании. Раунд возглавила криптовенчурная фирма Dragonfly, среди участников Coinbase Ventures, North Island Ventures и другие.

Стартапу два года. За это время он набрал более 850 000 уникальных посетителей сайта, обслуживает более 3 млн активных пользователей и обрабатывает в среднем 1,7 млн запросов к API (программному интерфейсу, через который приложения обращаются к моделям) в день.

Компания уже прибыльна: годовая выручка по текущему темпу (annualized run-rate) превышает 70 млн долларов, сообщил CEO Эрик Вурхис в интервью TechCrunch.

Как устроены приватные нейросети Venice?

Стартап размещает на собственных дата-центрах открытые модели (open-source) без цензурных ограничений, а запросы к закрытым моделям (closed-source), например от OpenAI или Anthropic, маршрутизирует через внешние прокси-серверы.

Ключевой принцип: все данные пользователя шифруются и расшифровываются на стороне клиента. На серверах Venice ничего не хранится. Для подписчиков платного тарифа доступно сквозное шифрование (end-to-end encryption, когда данные не может прочитать никто, кроме отправителя и получателя) на некоторых моделях.

Пользователи выбирают из моделей для генерации текста, изображений, аудио и видео. Компания также предлагает настраиваемых ИИ-персонажей для чата и открыто позиционирует платформу как «нецензурированную».

Вурхис рассказал, что команда дорабатывает системные промпты (system prompt, скрытая инструкция, задающая поведение модели) некоторых открытых моделей, чтобы те отвечали свободнее, но не добавляет к моделям никаких ограничений.

Аргументы за: почему рынку нужны приватные нейросети?

• Спрос реален и подтверждён деньгами. 70 млн долларов годовой выручки и прибыльность без единого внешнего раунда до сих пор показывают, что пользователи готовы платить за отсутствие слежки.

• Разрыв между ChatGPT и независимыми платформами сокращается. Вурхис признал, что на старте Venice сильно уступала ChatGPT по возможностям, но люди приходили ради приватности. Сейчас функциональный разрыв почти закрыт, и это делает платформу «всё более убедительной альтернативой», по его словам.

• Философия свободного инструмента. Вурхис сравнивает подход Venice с принципом работы биткоина: нейтральный протокол работает одинаково для всех. По его мнению, тотальная слежка за пользователями ИИ опаснее, чем отдельные спорные запросы.

Аргументы против: где уязвимость модели?

• Безопасность не абстрактна. Случаи ИИ-психозов, генерации дипфейков и автоматизированного харассмента реальны. Крупные разработчики вводят фильтры не из прихоти, а после конкретных инцидентов. Платформа без ограничений берёт на себя риск стать инструментом для причинения вреда.

• Крипто-связка вызывает вопросы. Venice выпустила два токена: VVV (январь) и DIEM (август прошлого года). Пользователи покупают VVV, «стейкают» его (замораживают в системе для получения вознаграждений) и получают DIEM, дающий ИИ-кредиты на 1 доллар в день. Однако, по данным Вурхиса, только около 8% пользователей платят криптовалютой. Токены помогли привлечь аудиторию, но создают регуляторные риски, особенно на фоне того, что ранее Вурхис основал криптобиржу ShapeShift, которую Wall Street Journal обвинял в обработке подозрительных средств.

• Прибыльность хрупкая. Компания арендует GPU (графические процессоры, на которых работают нейросети). Привлечённые 65 млн долларов пойдут на покупку собственных GPU и строительство дата-центров, чтобы увеличить валовую маржу. Пока этот переход не завершён, зависимость от арендованных мощностей давит на экономику.

«Мы оптимизируемся ради свободы и на деле уважаем пользователей как взрослых людей, что, я думаю, сейчас редкость.» : Эрик Вурхис, CEO Venice AI

Чего ждать дальше?

Ближайший вызов Venice AI не конкуренция с ChatGPT, а строительство собственной инфраструктуры. Переход с арендованных GPU на свои дата-центры определит, останется ли компания прибыльной при масштабировании. Если удастся, рынок получит живое доказательство того, что приватные нейросети без цензуры могут быть бизнесом, а не манифестом. Если нет, останется дорогой эксперимент с красивым раундом.